Сто лет назад дьякон Свято-Троицкого собора Михаил Бурдуков характеризовал православное население Златоуста следующим образом: «... к церковному богослужению и исполнению христианского долга во святые посты усердны, поучения и проповеди в церквах охотно слушают; к поминовению усопших также расположены, к отправлению молебствий в церкви и дома также имеют усердие». Он отмечал также, что вредных предрассудков и поверий в городе замечено не было. И все же, требовательный к себе и к окружающим, священнослужитель считал, что нравственность местных обывателей пребывала в упадке «вследствие пресловутой «заводчины», ибо обнаруживали себя такие пороки, как пьянство и разврат.
Ему не дано было знать, насколько упадет нравственность через сто лет непрерывного прогресса...
Во все времена среди златоустовцев было немало настоящих подвижников православной веры, стараниями которых строились, украшались и поддерживались в должном состоянии храмы. Из их числа выбирались церковные старосты. Об одном таком подвижнике докладывал в 1909 году Епископу Уфимскому и Мензелинскому Нафанаилу настоятель церкви святого Симеона отец Иустин Илларионов:

Часовни, имевшиеся в городе, были также приписаны к различным храмам. На вершине горы Амбарной, которую мы привыкли именовать Бутыловской, в 1866 году отставной мастеровой Яков Ершов на свои средства соорудил каменную часовню во имя святого Благоверного князя Александра Невского. Он сделал это в знак глубокой признательности и любви к монарху, из рук которого получил свободу, а также в память об избавлении Государя от грозившей ему опасности при покушении 4 апреля 1866 года. Часовня была возведена на месте обветшавшей деревянной своей предшественницы, поставленной ранее в честь Александра II, любовавшегося красотами Златоуста с того самого места во время посещения завода.
В 1902 году Златоустовское горнозаводское товарищество решило поставить еще одну часовню Александра Невского. Таким образом, собирались почтить память Царя Освободителя Александра II и отметить 35-летие существования товарищества. Договор на постройку попечительский приказ заключил с владельцем мраморного заведения местным мещанином В. А. Казаковым. Обошлась часовня в 5000 рублей, деньги по тем временам огромные. Но этот своеобразный памятник того стоил. Великолепная часовня из белого мрамора стояла на берегу пруда, неподалеку от собора. На одной из улиц Демидовки стояла деревянная Покровская часовня. Неподалеку от нее находилась часовня во имя иконы Казанской Божьей Матери, тоже деревянная. Ее поставили в 1895 году в память о бракосочетании императорской четы. Характерно, что Епископ Уфимский Дионисий на прошении об открытии этой часовни начертал следующую резолюцию:

С окончанием строительства Свято-Троицкого собора (1842 год) старую Трех-Святительскую церковь решено было обратить в кладбищенскую. Со временем она окончательно обветшала, а растущему городу одного храма, даже такого большого, как Свято-Троицкий, было мало. В 1870 году был заложен, а в 1875 освящен храм во имя святых апостолов Петра и Павла. Эта небольшая церковь, кирпичная и оштукатуренная, с шатровой крышей, пятью маленькими главками и встроенной колокольней, стояла на площади возле Нижне-Заводского пруда. В ее приходе числилось 458 дворов или около 2300 прихожан из Закаменки и прилегающих улиц.

Первые жители и строители Златоуста были людьми русскими, а, значит, православными христианами. Естественно, что первейшей их потребностью являлся храм. Считается, что первая церковь была построена в 1765 году, а предшествующая ей часовня четырьмя годами раньше. Первая часовня была во имя святителя Николая, а храм нарекли Трех-Святительским. Впрочем, в некоторых источниках его также именовали Никольским. В. Шушканов (местный историк и краевед), на основе не дошедших до нас свидетельств, утверждал, что основатели завода Мосоловы очень почитали святого Николая Чудотворца и во всех своих заводах ставили храмы во имя его. А в первой часовне, возведенной на Златоустовском заводе, хранилась привезенная ими из Тулы икона святого Николая. Судя по официальным документам, церковь именовали то Никольской, то Трехсвятительской. В докладе Вятской духовной консистории сказано следующее: «По ведомству Пермского духовного правления, Уфимского уезда с 113 дворами разграблена и сожжена башкирцами и русскими бывшими в злодейской шайке... Трехсвятительской церкви священника Алексея Борисова мая 30 дня 1774 года злодейские Пугачева самозванца сообщники связанного в конце заводской слободы умертвили...».